Нисефор Ньепс изобрел гелиографию...
Луи Жак Дагерр создал реальный фотографический процесс...
Фокс Тальбот разработал и внедрил негативно-позитивный принцип в фотографии...
Развитие фотоаппаратостроения в России до 1917 года

В советское время официальная точка зрения на развитие фотографической промышленности в России в дореволюционный период была следующей: "В нашей стране до Великой Октябрьской социалистической революции не было фотографической промышленности. Фотографические изделия выпускались лишь несколькими полукустарными фабриками. Хотя нашим соотечественникам принадлежало немало решающих изобретений в фотографии..., правящие круги самодержавия тормозили развитие отечественной фототехники. Фотоаппараты, пластинки, бумага преимущественно ввозилась из-за рубежа" [12]. Давайте посмотрим, как же на самом деле развивалась (да и развивалась ли?) фотоиндустрия в России до 1917 года.


* * *
За много веков до открытия фотографии была известна камера-обскура, представляющая собой темную комнату с небольшим отверстием в одной из стен. Принцип ее устройства был известен еще Аристотелю за 350 лет до нашей эры. Вот как описывал Леонардо да Винчи устройство и принцип действия камеры-обскуры: "Когда изображения освещенных предметов попадают через малое круглое отверстие внутрь очень темной комнаты, то, поместив на некотором расстоянии от отверстия лист белой бумаги, вы обнаружите на ней все предметы в их соответствующих размерах и цветах; они будут уменьшенных размеров и обращенными по причине вышеуказанного пересечения лучей. Изображение предмета, освещенного солнцем, будет казаться как бы нарисованным на бумаге, если взять тонкую бумагу и изображение рассматривать сзади".

Дальнейшее усовершенствование камеры-обскуры происходило параллельно с появлением очков (1285 год), геодезических, астрономических и других приборов. С течением времени камерой-обскурой стали называть ящик с отверстием в передней стенке, в которой помещалось двояковыпуклое стекло (объектив), в заднюю стенку вставлялась рамка с полупрозрачной бумагой или матовым стеклом. В дальнейшем для удобства зарисовки внутри ящика стали помещать наклонное зеркало, которое отражало изображение на прозрачную крышку аппарата, что создавало удобства для зарисовки изображения.

Слово "Оптика" было введено в русский язык Михаилом Васильевичем Ломоносовым. Сейчас общеизвестны многие выдающиеся результаты его работ в области оптики и оптической техники: технология варки стекла - материальной основы любого оптического прибора, создание "ночезрительной" трубы - первого в мире прибора ночного видения ("для того, чтобы различать в ночное время скалы и корабли"), изобретение однозеркального внеосевого астрономического телескопа (на 27 лет раньше английского астронома Вильяма Гершеля), изготовление высококачественных металлических зеркал и прочее. Любопытно, что теория расчета ахроматических линз, устраняющих цветные каемки вокруг рассматриваемых предметов, впервые была создана современником Ломоносова - математиком Эйлером, работавшим в Российской Академии наук. К сожалению, труды Ломоносова не получили должного признания, поддержки и дальнейшего развития. Наступил почти полуторавековой перерыв, в течение которого в России никто практически не занимался ни оптикой, ни стеклом.

"В середине XVIII века в России имела распространение камера-обскура, носившая название "махины для снимания першпектив". Исследования В.Л. Ченакала показывают, что видописец Махаев с помощью "махины для снятия санктпетербургского прошпекту", изготовленной подмастерьем "инструментального художества" Тирютиным в инструментальной палате Академии наук, успешно выполнил перспективные виды Петербурга, Петергофа, Кронштадта и других русских городов" [20].

Благодаря тому, что Российская (Петербургская) Академия наук постоянно следила за развитием науки и техники в мире, Россия познакомилась с фотографией в год ее изобретения. В числе членов Российской Академии наук был И.Х. Гамель (ординарный академик по кафедре технологии и химии, "приспособленной к искусствам и ремеслам"), обязанностью которого были регулярные поездки за границу с целью получения из первых рук сведений о последних научных открытиях.

Когда в 1839 году Гамель отправился в очередное путешествие, Академия наук поручила ему ознакомиться с новыми открытием - светописью, весть о которой уже дошла до Петербурга. В Лондоне Гамель лично от Тальбота в подробностях узнал о его изобретении и приобрел некоторые принадлежности для калотипии. К письмам в Российскую академию наук (май-июнь 1839 года) Гамель приложил полное описание метода Тальбота и несколько снимков.

О способе Дагерра Гамель сообщал уже из Парижа, в августе 1839 года, приложив подробное описание дагерротипии. В одном из писем (15 июля) он заметил: "Я думаю, не нужно указывать Академии наук, что те снимки, которые выполнены во Франции Дагерром, весьма существенно отличаются от английской гелиографии". В том же 1839 году в России уже вышла в свет первая брошюра, посвященная дагеротипии - "Описание практического употребления настоящего дагеротипа, изобретенного Дагером", - автором которой был Н. Степанов. Любопытно, что в первые годы развития фотографии в России, она называлась чаще "светописью". В 1840-х годах начал свои работы и прославился как большой мастер в области практической фотографии С.Л.Левицкий, лично знавший Дагерра и внесший существенный вклад в усовершенствование дагерротипии. Начиная с 1847 года С.Л.Левицкий, в будущем известный Российский портретист, занимался конструированием фотокамер и впервые предложил использовать кожаный мех между корпусом аппарата и объективной стойкой.


«Когда же о дагеротипии узнали в Москве? Оказывается, всего через полгода, 5 июля 1839 г. в прибавлении №53 к газете «Московские ведомости» москвичи прочитали удивительное сообщение владельца магазина Карла Андреевича Беккерса: «ДАГЕРРОТИП. Сия машина, изобретенная г-ном Даггером в Париже, посредством коей неумеющий рисовать может снимать всякие виды с удивительной точностью, уже везде известна по многочисленным описаниям во всех газетах и журналах; магазину братьев Беккерс на Кузнецком мосту препоручено (одному в Москве) принимать подписки на сию машину. Цена всему аппарату с наставлением – 550 руб. асс., кроме пошлины и провозу из Парижа в Москву, с платою половины денег вперед; она получится еще до конца навигации…». И уже 23 октября москвичи увидели первые дагеротипные снимки с видами Москвы, выставленные в витрине магазина К.А. Беккерса, которые он выполнил сам 2посредством вышеупомянутой машины». Беккерс стал не только продавать аппараты, но и принимать (первым в Москве) заказы на «снятие улиц и зданий Москвы по 50 руб. асс. за вид».

В Москве почти одновременно с дагеротипным аппаратом стала продаваться фотографическая «машина», изобретенная Уильямом Тальботом. Ее предлагал в книжном магазине на Театральной площади, около Сенатской типографии, Михаил Филиппович Смирдин, который давал к аппарату следующее пояснение: «…продается светопись по способу гг. Тальбо[та] и Лассеня, или же дагерротип в простейшем виде. С полным изложением способа приготовления и употребления светописной бумаги по указанию сих ученых… с принадлежащею для производства опытов камер-обскурою весьма красивой отделки». [118, стр. 5-6].



Известно, что самые первые фотокамеры (дагерротипный прибор) в России в 1840 году (т.е. на следующий год после изобретения фотографии!) начал производить еще Алексей Греков (ок. 1800 - ок. 1855), который не только изготавливал дагерротипные аппараты, но и первым предложил сервисные и консультационные услуги: "Желая вполне передать моим соотечественникам процесс дагерротипа, я вновь прошу каждого купившего и желающего купить снаряд мой отнестись ко мне в случае каких-либо недоразумений: за удовольствие почту несколько раз повторить для него действие снарядом...". Кроме того, А.Ф.Греков усовершенствовал процесс дагерротипии, сократив время обработки и съемки (ему удалось сократить время выдержки на солнце до 2,5 мин., а в пасмурную погоду - до 4-5 минут), добившись устранения зеркального блеска на дагерротипах и найдя способ получения прочного изображения не только на серебряных, но и на медных и латунных пластинках - он предложил серебрить медные или латунные пластины с помощью гальванопластики, недавно открытой Б.С.Якоби.

А.Греков, совершенствуя съемку на металлических пластинках, одновременно занимался фотографированием и способом Фокса Тальбота на светочувствительной бумаге. Уже 25 мая 1840 года он сообщил в "Московских ведомостях", что приготовляет особого рода "чувствительную бумагу для снятия на ней всевозможных кружев или чертежей", и добавил, что "на сей бумаге можно снимать даже и виды в камере-обскуре". Он продемонстрировал свои ландшафты "известнейшим особам". Снимки вызвали одобрение. Тогда же ему удалось получить оттиски с дагеротипов на бумаге - таким образом, Грекову принадлежит в России первенство применения фотографии в полиграфии.

Весной 1840 года, т.е. спустя всего несколько месяцев со дня объявления об открытии дагеротипии, Греков добился получения более прочного изображения на серебряной пластинке, научившись покрывать ее тонким слоем золота. Он нашел также способ получения дагеротипа не на пластинке накладного серебра, а на пластинках из более доступных металлов - меди и латуни. Вот выдержка из Петербургской "газеты промышленности, хозяйства и реальных наук" "Посредник" (1840, №43; 1841, №26) - "В Парижской Академии наук было читано, что г. Греков, занимающийся в Москве резьбою, достиг способа делать неизгладимыми дагеротипные или светописные рисунки". Опытами Грекова заинтересовался оказавшийся в Москве француз Марен Дарбель. Письмо с образцом усовершенствованного дагеротипа он отправил в Париж, во французскую Академию наук.

Его снаряд состоял из трех деревянных ящиков; первый представлял собой камеру, второй служил для йодирования пластинок, а третий - для проявления пластинок ртутными парами. Камера состояла из двух вдвигающихся один в другой деревянных ящиков: в наружном помещался объектив из двояковыпуклого стекла, а во внутреннем кассета со светочувствительной йодосеребряной пластинкой. Наводка на фокус, т.е. изменение расстояния от объектива до матового стекла, осуществлялось перемещением внутренней коробки.

К сожалению Греков - романтик нового открытия, вложивший в раннюю фотографию недюжинный талант, силы и средства, не сумел извлечь из этого деловую пользу для себя - его "художественный кабинет" и продаваемые "снаряды" не могли составить конкуренции многочисленным ателье заграничных дагерротипистов, открывшихся в Москве.

Значение трудов Грекова было бесспорным. Однако иностранные и следовавшие за ними русские историки фотографии XIX - начала XX веков, приписали труды по усовершенствованию дагеротипии целиком зарубежным изобретателям и ученым. Имя Грекова было несправедливо забытым. Между тем это был один из талантливейших изобретателей, проявивший себя не только в светописи, но и в других областях техники.

В первые годы развития светописи (тогда еще дагерротипии) в России увлекались съемкой в основном обеспеченные люди, т.к. это было дорогим занятием. Увлекались кто из тщеславия, кто ради развлечения. С восходом солнца перед достопримечательными сооружениями в городах расставляли свои незамысловатые аппараты фотографы и терпеливо ждали, пока солнечные лучи произведут магическое действие на пластинку. Некоторые петербуржцы выписывали дагерротипные аппараты из Парижа, например, граф Алексей Бобринский. Среди первых фотографов в России были также художники, изобретатели в области техники или предприимчивые ремесленники. В 1842 году первое дагеротипное заведение было открыто и в Санкт-Петербурге. его владельцами были французы Фоконье и Давиньон, а затем Бергамаско.

"Что представляли собой павильоны первых фотографов? Например, в мастерской бр. Цвернер со стеклянной стеной и стеклянным же потолком стояло несколько камер-обскур. Дагеротипы изготовлялись разных размеров, от миниатюрных, которые вставлялись в перстень или медальон, до "кабинетного" размера. Выдержка при съемке длилась в ясную погоду несколько секунд, в пасмурную - до полуминуты. Павильон был убран узорчатой драпировкой, имелись фоны с обоями разного цвета. На столиках были разложены безделицы, которые очень хорошо получались на дагеротипах.
Посетители иногда привозили с собой собственные вещи и даже кресла, в которых располагались привычно, как дома. К спинке кресел обязательно приставляли держатели для головы, иначе нельзя было получить четкого изображения при длительной выдержке." [12]

Одно из первых крупных фотоателье принадлежало С.Л.Левицкому, который по возвращении из Парижа осенью 1849 года открыл в Петербурге дагеротипное заведение под названием "Светопись". Это была крупная по тем временам мастерская. Сотрудники Левицкого выезжали с дагеротипным аппаратом на дом к заказчикам и там производили съемку. И сам Левицкий снимал много и успешно. В 1851 году серию больших дагеротипных портретов и групповых снимков, сделанных на пластинах размером 30х40 и 24х30 см, он отправил на Всемирную выставку в Париж и получил за них золотую медаль. Это была первая золотая медаль, выданная на всемирной выставке за фотографические работы. Журнал "Фотограф"(1864, №3-4) писал о Левицком: "Владеющий ныне в Париже лучшим фотографическим заведением, вполне артистическим, завален и там работою. В этом заведении приготовляется ежедневно до 1500 карточек, и все же далеко не все заказы удовлетворяются".

Несмотря на отсутствие в дореволюционной России развитой фотографической промышленности, российские ученые внесли заметный вклад в развитие мировой фотографии: С.Л. Левицкий в 1847 г. впервые применил кожаный мех на фотоаппаратах; И.Ф. Александровский, талантливый российский изобретатель морского вооружения, в 1854 году (по другим данным - в 1852) получил патент на стереоскопический аппарат; С.А. Юрковский в 1883 году разработал и построил шторный затвор; в 1889 году Э.Козловский получил привилегию на "трехсъемную фотографическую камеру" для цветного фотографирования; И. Поляков в 1899 году получил патент на фотоаппарат с автоматической регулировкой выдержки с помощью селенового фотометра; А.А. Поповицкий в 1902 году применил сферические зеркала вместо линзового объектива; профессор П. Соколов в 1911 г. впервые получил фотографические пространственные объёмные изображения. Технические решения, предложенные Д. Езучевским, В. Срезневским, Л. Варнерке, Н. Апостоли, В. Дюбуком, нашли широкое применение в моделях фотокамер XIX - начала XX веков. К сожалению, как это нередко бывает у нас в России, далеко не на все изобретения авторам удавалось получить "привилегию" или наладить выпуск того или иного аппарата. Многие изобретения, не будучи внедрены на родине, уходили за границу.

Любопытно, что на заре развития фотографии в России, взаимоотношения её с государством складывались не всегда ровно. Известна история, когда в 1843 году петербургский дагеротипист Давиньон задумал совершить путешествие по России с целью снять достопримечательности городов. Он побывал в Москве, на Украине, отправился затем в Сибирь. Дагеротипы из далекого края, неведомого Европе, сулили фотографу верный успех. В городах, которые проезжал Давиньон, жили на поселении декабристы. Фотограф сделал несколько портретов, в том числе портреты Волконского, Панова, Поджио. В III Отделение царской канцелярии поступил донос. По представлению из Петербурга фотограф был арестован.
Следственная комиссия не обнаружила преступного умысла, но жандармы разыскали все "дощечки" с портретами, снятыми Давиньоном, и уничтожили их. ...Занятия дагеротипией вызывали подозрения у царских чиновников, и местным властям было сделано соответствующее внушение. [12]

Тем не менее, в XIX веке фотографическая жизнь России была достаточно бурной, о чем свидетельствует, например, количество выходивших в те годы журналов по фотографии: с 1858 по 1879 гг. - 7; с 1880 по 1899 гг. - 6; с 1902 по 1918 гг. - 18. Самую продолжительную жизнь имели издания: "Фотографический вестник" (1887-1897 и 1904-1910 гг.); "Фотограф-любитель" (1890-1909 гг.); "Фотографический листок" (1906-1917); "Фотографические новости" (1907-1918); "Вестник фотографии" (первоначально журнал назывался "Повестки Русского фотографического общества"; 1908-1918); "Фотографическое обозрение".

Первым фотографическим журналом в России было издание художника Оже "Светопись" (1858-1959) - фотография в нем рассматривалась как изобразительное творчество, наряду с живописью и графикой. Одновременно журнал утверждал, что фотография "может быть наукою и ремеслом": все зависит от цели, с какой предпринимаются фотографические работы. В хронике "Светописи" помещались сообщения о деятельности зарубежных фотографических обществ и события из жизни русской фотографии.

Конечно, тиражи выходивших тогда журналов отличались от привычных нам по советским временам цифрам в 100 000 и составляли всего несколько тысяч экземпляров. Любопытно, что все фотографические журналы, выходившие до 1880 года, издавались только частными лицами. Тогдашнюю российскую фотопериодику можно условно разделить на три группы: издания торговых фирм; журналы, представляющие редактора-издателя и органы фотографических обществ (например журнал "Фотограф", издававшийся в 1880-84 гг. в С-Петербурге под редакцией В. Cрезневского - орган V отдела Императорского русского технического общества по светописи и ее применению; в нем публиковались материалы о всех наиболее важных открытиях в области фотографии как в России, так и за рубежом). Фотографией, как отраслью техники, занимался журнал "Промышленность", рассчитанный на читателей, соприкасающихся с техникой и промыслами. В 1863 году журнал из номера в номер с продолжением печатал пособие для начинающих фотографов.

Издания торговых фирм напоминали больше комбинацию из рекламных блоков и прайс-листов, знакомые нам по современным журналам. Вот, например, одно из рекламных объявлений такого рода: "Бруно Зенгер и К°. С.-Петербург, Невский пр., №25-1. Фабрика и склад фотографических принадлежностей. Лучшие камеры собственной и заграничной работы разных систем. Аппараты для моментальных съемок. Начиная с 3 руб. новейших лучших систем. Специальные модели Зенгера камеры "Россия" и "Ермак". Большой выбор всех принадлежностей для светописи". Далее приводятся объективы, фотопластинки, фотобумаги, магниевый порошок, паспарту.

При этом нельзя забывать, что принадлежности для съемки были тя�